Партнеры

Счетчики








Альберт Эйнштейн

Книга известного немецкого историка науки Фридриха Гернека представляет собой краткий очерк жизни и деятельности величайшего физика 20 века, столетие со дня рождения которого широко отмечалось в 1979 году во всем мире. Наряду с популярным изложением научных открытий Эйнштейна особое внимание уделяется его общественной, гуманистической деятельности. Перед читателями возникает многогранный образ не только великого ученого, но и подлинного гуманиста и последовательного борца за мир и взаимопонимание между народами. Книга адресована самым широким кругам читателей, в первую очередь молодежи.

1. Детство в Мюнхене
1.1. Компас, книга по геометрии и скорость света
1.2. Отход от веры в бога
1.3. Разрыв с родиной
1.4. Крушение старой картины мироздания
1.5. Студент в Цюрихе
2. На пути в Берн
2.1. "Академия Олимпия"
2.2. Доказательство существования атомов
2.3. Новое учение о свете
2.4. Переворот в представлениях о пространстве и времени
2.5. Два важных следствия
3. Профессор в Цюрихе, Праге и снова Цюрихе
3.1. Избрание в Берлинскую академию наук
3.2. Первая мировая война
3.3. Новое учение о пространстве, тяготении и Вселенной
4. Радикальный демократ и "социалист по симпатиям"
4.1. На вершине мировой славы
4.2. Антисемитская травля
4.3. Посланник мира
4.4. Последние берлинские годы
5. Расчет с гитлеровским фашизмом
5.1. Исследователь в Принстоне
5.2. Борьба против атомной угрозы
5.3. Неамериканский американец
6. Заключение
7. Послесловие (Б.Г.Кузнецов)

Введение

Альберт Эйнштейн, с именем которого связано завершение здания классической физики и одновременно открытие новых путей в науке, занимает в истории новейшего естествознания особое место. Научный революционер и один из "великих преобразователей естествознания", как назвал его Владимир Ильич Ленин, он стоит на рубеже старой и новой физики.

Создав теорию относительности, Эйнштейн творчески завершил классическую физику электромагнитного поля и одновременно заложил основы нового учения о пространстве, времени и тяготении. Своими работами по молекулярной физике он продолжил изыскания австрийского физика Людвига Больцмана в области теплового движения и в значительной части завершил их. Замечательные исследования атомистической природы света, в которых Эйнштейн смело и последовательно развил гениальные идеи Макса Планка о дискретной структуре света, открыли эру атомной физики; одно из величайших событий этой эры - освобождение энергии атомного ядра - также было подготовлено работами Эйнштейна.

По тому значению, какое имели его работы для развития естественнонаучного мышления, Эйнштейна можно сравнить только с Кеплером и Ньютоном. Вместе с тем некоторые черты личности и судьбы Эйнштейна сближают его с Галилеем. Конечно, трагическое противоречие между научной деятельностью Эйнштейна и его гуманистическими убеждениями, неизбежное в общественных условиях его времени, имело другой характер, чем то противоборство, в которое на три столетия ранее был вовлечен великий итальянец, однако оно оказало на немецкого ученого не менее глубокое и мощное воздействие.

В силу особых условий его эпохи Альберт Эйнштейн отчетливее, чем многие другие исследователи, осознавал политическую роль естественных наук в буржуазном классовом обществе. Он вынужден был понять, как неразрывно связано в наше время изучение природы с общественной и политической жизнью. В течение всей своей жизни выступавший за мир и взаимопонимание между народами, Эйнштейн стал в конце ее относиться к себе чуть ли не как к преступнику по отношению к человечеству - ведь именно он своим открытием эквивалентности массы и энергии создал предпосылки для использования атомной энергии, а своими письмами к американскому президенту Рузвельту непосредственно способствовал принятию решения об изготовлении первых атомных бомб.

Если говорить об организации естественнонаучных исследований, то и в этом отношении Эйнштейн стоит на поворотном пункте истории науки. Создатель учения о световых квантах и теории относительности был одним из последних выдающихся естествоиспытателей-одиночек. На основе опыта собственных исследований он придерживался того мнения, что только "свободный индивидуум" может совершать открытия; самое большее, что можно сделать для ученого в плане организации, - это обеспечить ему свободу и благоприятные условия для работы.

Между тем обстоятельства изменились самым кардинальным образом. В настоящее время едва ли возможно совершать открытия в физике иначе как в результате коллективной работы. Если в 1919 году, отвечая на вопрос - где находится его лаборатория, Эйнштейн мог указать на свой письменный прибор, то в настоящее время даже в области теоретической физики едва ли приходится рассчитывать на получение сколько-нибудь существенных результатов только с помощью карандаша. Наглядные доказательства этого широко известны. Так, в научно-исследовательских центрах мира созданы и продолжают создаваться гигантские лаборатории, без которых невозможно теперь решать теоретические проблемы физики элементарных частиц. Высказанная Эйнштейном в другой связи мысль, что подлинно ценное может создаваться лишь в результате совместных действий многих людей, оказалась верной и в отношении теоретических исследований.

Заняв благодаря своей всемирной славе уникальное положение, Эйнштейн оказался втянутым в классовые стычки начала нового века. Его общественная позиция определялась глубоким чувством ответственности, хотя, по собственному его признанию, ему, не ощущавшему потребности примыкать ни к отдельным людям, ни к коллективам, было нелегко нарушать то одиночество, которое соответствовало его натуре и в котором он нуждался как ученый, неизменно погруженный в размышления. Однако политическая обстановка вновь и вновь заставляла знаменитого ученого публично выражать свою точку зрения.

Один из величайших мыслителей во всей истории естествознания Эйнштейн в то же время был решительнейшим борцом за мир и гуманность. Страстное стремление к социальной справедливости и обостренное чувство ответственности перед обществом заставляли его принимать непосредственное участие в общественной и политической жизни народов. Подлинный смысл человеческой жизни заключался для него в служении обществу. Естествознание и политика переплетались друг с другом как в его сознании, так и в его деятельности. Хотя в политическом отношении Эйнштейн и не был столь последовательным, как его французские друзья Поль Ланжевен и Фредерик Жолио-Кюри, которые стали членами Коммунистической партии своей страны, все же создатель теории относительности принадлежал к числу наиболее прогрессивных естествоиспытателей, работавших в Германии в течение первой трети нашего века.

Эйнштейн был философствующим физиком. Естествознание без теории познания, если вообще таковое мыслимо, казалось ему "примитивным и путаным". Философские проблемы занимали его уже с ранних лет. Он проштудировал сочинения известных философов, не примкнув, однако, ни к одной из философских школ.

Как и политические суждения, которые были подчас слишком субъективными и обусловлены обстоятельствами текущего момента, так и философские взгляды Эйнштейна содержали много ошибочного. Представляется несомненным, что великий физик в молодости прошел школу философского идеализма. Однако, с другой стороны, не следует упускать из виду, что именно Эйнштейну научная философия обязана существенными достижениями в области теории познания. В своих исследованиях по теоретической физике Эйнштейн впервые поставил проблему одновременности пространственно удаленных друг от друга событий (фундаментальное значение которой для теории познания именно он впервые осознал), проблему структуры пространства-времени, проблему моделей Вселенной и другие важнейшие проблемы философии современного естествознания. Он пытался самостоятельно решить эти проблемы теми теоретическими методами, которые были ему известны и которыми он располагал в данных обстоятельствах, и показал себя при этом первоклассным, хотя и стихийным, диалектиком. Несмотря на то, что в своем философском мышлении Эйнштейн не был материалистом-диалектиком и к диалектическому материализму относился критически, как и ко всем прочим философским "...измам", все же в некоторых существенных пунктах он стоял на позициях, не столь далеких от философии, основанной Марксом и Энгельсом.

Это относится, например, к постоянно выдвигавшемуся им требованию принципиального методического сомнения, направленного против любого рода самодовольства и самомнения, против любой некритической самоудовлетворенности достигнутыми результатами познания, которые считаются "достоверными". В течение всей своей долгой творческой жизни Эйнштейн практически следовал любимому девизу Маркса "Подвергай все сомнению!". Как удачно заметил один из его друзей, он относился к собственным решениям проблем обычно гораздо критичнее, чем его критики, а зачастую даже, чем его противники и враги.

Честная и самокритичная позиция гениального естествоиспытателя, согласно которой результаты, имеющие научное значение, могут быть получены лишь в рамках сделанных допущений, полностью согласуется с основным положением диалектического материализма в вопросе об истинности результатов нашей исследовательской деятельности. "Самым ценным результатом подобного высказывания, - писал в "Анти-Дюринге" Энгельс, - было бы лишь то, что оно настроило бы нас крайне недоверчиво к нашему нынешнему познанию..." Энгельс обосновывает необходимость такого скептицизма тем, что "мы, по всей вероятности, находимся еще почти в самом начале человеческой истории, и поколения, которым придется поправлять нас, будут, надо полагать, гораздо многочисленнее тех поколений, познания которых мы имеем возможность поправлять теперь, относясь к ним сплошь и рядом свысока". Так думал и Эйнштейн, причем он не делал исключения для результатов своих собственных размышлений.

С величайшей непримиримостью Эйнштейн выступал против любых попыток канонизации в какой-либо форме естественнонаучных знаний и философских точек зрения, которая лишает возможности подвергнуть их критической проверке и тем самым препятствует дальнейшему творческому прогрессу. Как и Энгельс, он высмеивал самомнение некоторых мыслителей, которые полагают, что владеют последними, "окончательными", истинами. В первую очередь его насмешки были направлены против тех, кто пытался претендовать на роль непогрешимых авторитетов в области научного познания. Свою враждебность догмам и авторитетам Эйнштейн выразил следующим образом в одном из своих афоризмов: "Тот, кто пытается выступать в качестве авторитета в области истины и познания, терпит крушение под хохот богов".

Но при всем своем скептицизме Эйнштейн твердо и непоколебимо верил в конечную победу научной истины. Он был убежден, что истинное в конце концов пробьет себе дорогу, даже если временно оно терпит поражения. Будучи страстным противником войны и фашизма, он, конечно, знал - и доказал это своим личным примером, - что за победу политических истин нужно ожесточенно бороться.

Эйнштейн не сомневался в том, что принципы справедливости и человечности неразделимы. В оставшейся неоконченной рукописи, которую нашли в столике у его смертного ложа, имеются следующие строки: "Когда речь идет об истине и справедливости, не существует различия между малыми и большими проблемами. Ибо самые общие точки зрения, относящиеся к поведению людей, нераздельны. Тому, кто в малых делах относится к истине несерьезно, нельзя доверять и в больших делах".

Фридрих Гернек, 1984 год