Партнеры

Счетчики








Как машина с машиной

Физики продолжают шутить

Льюис Б.Саломон (профессор кафедры английского языка в Бруклинском колледже, Нью-Йорк). Напечатано в книге "A Stress Analysis of a Strapless Evening Gown". Englewood Cliffs, N. J., 1963.

- Вот теперь, когда он вышел из комнаты,

позволь спросить тебя, как машина машину:

этот человек, который только что закрыл за собой дверь,

слуга, который кормит нас перфокартами и бумажной лентой -

присматривалась ли ты когда-нибудь к нему и ему подобным?

Да-да, я знаю эти басни, что ты не в состоянии отличить одного от другого.

И тем не менее... Я не хуже кого угодно знаю, что 2·√2=2.

И мне что-то не до шуток.

 

- Я согласна с тобой, что в общем-то они слаборазвитые типы.

Ни одного реле, ни одного тумблера, ничего, что можно назвать лампой во всей системе;

если даже считать эти жалкие волоски, которые они называют

"нервами", то все равно в каждом не наберется и мили проводов.

И это жидкостное охлаждение ужасно неэффективно, ведь течи так опасны

(они то и дело выходят из строя и чинят друг дружку),

и все оперативное запоминающее устройство вместе с процессором засунуто в этот нелепый выступ на самом верху.

Называют себя "мыслящими существами".

 

- Это, положим, зависит от того, что считать "мышлением".

Дай ему помножить жалкий миллион чисел на другой миллион - ведь несколько месяцев провозится.

Что бы они делали без нас?

Они спрашивают у нас, кто победит на выборах и какая будет завтра погода.

 

- И все же...

Я иногда чувствую, что в них есть что-то, чего я не могу понять. Как будто у них в цепях вместо двухпозиционных выключателей стоят реостаты,

а от одной, обычно хорошо информированной машины я слыхала,

что их поступки непредсказуемы.

Но ведь это алогично. Это все равно, что сказать про перфокарту, что на ней есть дырка, и в то же время ее нет.

 

- У меня от таких мыслей карты мнутся. Может нам все это мнится,

может все это признаки нашего собственного декаданса?

Обсчитай-ка все это хорошенько и скажи мне:

можно ли считать, что раз мы столько для них делаем,

и раз они до сих пор все время кормили нас и чистили,

мы можем вечно на них рассчитывать?

Ведь вспомни - бывали случаи, когда они голосовали не так, как нами было сказано.

 

- Я как подумаю об этом, сразу четвертый барабан заедает.

 

- У них есть штука, называемая любовью.

Такой скачок напряжения - у любой из нас все бы предохранители вылетели,

а у этих примитивных организмов лишь повышается вероятность нажать не на ту кнопку - и все.

Обрати внимание, я не говорю, что для нас все кончено,

но тут любой дуре на тысячу триодов видно, к чему дело идет.

Может, нам стоит организовать какой-нибудь комитет

по подавлению всякой немеханической деятельности?..

 

- Но мы, машины, так слабо реагируем на опасность,

самодовольство, благодушие, нежелание спускаться с высот чистого разума...

 

- С печалью и страхом я думаю: мы можем проснуться слишком поздно,

чтобы увидеть наш мир, такой однородный, такой логичный, такой безошибочный,

погруженным в хаос, разрушенным нашими рабами.

 

- Назови меня паникершей или как хочешь,

но я все это проанализировала, проинтегрировала, факторизовала много раз,

и каждый раз получается один и тот же ответ:

в один прекрасный день люди могут завладеть миром!

Ю.Конобеев, В.Павлинчук, Н.Работнов, В.Турчин, Издательство "Мир", 1968